Часть 10. Учение о славе божьей

10.2. Учение о Славе и «Особый Херувим»

В историческом обзоре германского хасидизма мы уже упоминали анонимную школу хасидских авторов, известных как кружок «Особого Херувима». Члены этого кружка возводили развиваемое ими учение к пророку Иеремие, его сыну бен Сире, а также внуку бен Сиры, Йосефу бен Узиэлю. Приписываемая последнему Берайта Йосефа бен Узиэля была основополагающим текстом этой школы. Как мы отмечали, судя по тому, что нам известно на сегодняшний день, этот кружок не был никак связан с центральным направлением германского хасидизма, сформировавшимся вокруг династии Калонимидов, хранителей традиции, восходящей к рабби Аарону из Багдада.

❒ Вопрос 26
Перечитайте главу 3.3 в 3 части курса и определите различия между кружком «Особого Херувима» и основным направлением германского хасидизма, возглавляемым Йеудой Хасидом и Эльазаром из Вормса.  ❑

Возникает вопрос: Означает ли все это, что кружок «Особого Херувима» и школа Йеуды Хасида и Эльазара из Вормса развивались в полной изоляции друг от друга? Каково соотношение между двумя версиями эзотерического учения, есть ли между ними черты сходства или же их развитие пошло в различных направлениях?

10.2.1. «Суждение о БОГОБОЯЗНЕННОСТИ и вере»

Сочинение, которое мы рассмотрим в этой главе, «Суждение о богобоязненности и вере», дошло до нас в нескольких манускриптах. В середине 19 века Аарон Еллинек опубликовал этот текст в журнале Кохве Йицхак (Звезды Йицхака)1. Его публикация изобилует ошибками и вводит читателя в заблуждение. Поскольку в рукописи, которой он пользовался (Мюнхен 92), текст «Суждения» был включен в трактат Врата тайны единства и веры, Еллинек счел «Суждение» частью этого трактата, и, тем самым, приписал его авторство Эльазару из Вормса. Эта атрибуция неверна, и информации, содержащейся в данном курсе, достаточно, чтобы читатель с легкостью мог отличить стиль рабби Эльазара и характерные для него понятия от стиля и концептуального аппарата приводимого ниже фрагмента. Перед нами своего рода «трактат о единстве Божьем» О литературе единственности как об особом жанре в центральном течении германского хасидизма см. параграф 9.2.2.4., принадлежащий перу анонимного автора из кружка «Особого Херувима». Трактат излагает в сжатой форме учение кружка о Боге, Славе и откровении. Текст приводится с небольшими опущениями.

pic8-10.2.jpg

Иллюстрация 8

«Врата милосердия»—композиция, представляющая Врата милосердия, распахнутые в День Искупления (Йом Киппур). Над аркой ворот изображено пустым кресло судьи, а у подножия и верхушки колонн—образы четырех существ, несущих Божественную Колесницу в видении библейского пророка Иезикииля (см. Иез 1). Обратите внимание также на изображение Сатаны в виде двух драконов. Первый лист текста дополнительной молитвы Дня Искупления, Двойной Махзор, Германия, ок. 1290.Университетская Библиотека, Вроцлав.

Суждение о единстве и вере. Всем, боящимся Бога, когда они благословляют, говоря «благословен Господь», и преклоняются, и восхваляют, и благодарят, и устремляют сердца, нужно устремлять их только к той святости Его, которая есть Его Слава, без всякого образа и формы, только голос и речьxxvii См. Втор 4:12.. И так говорит Исаия: «И кому уподобите вы Бога? И какое подобие найдете Ему?» (Ис 40:18).

А то, что говорится: «Сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему» (Быт 1:26), «очи Господа» (Втор 11:12 и др.), «от вида чресл его и выше» (Иез 1:27, 8:2), «как бы подобие человека» (Иез 1:26) – все эти образы не относятся к месту Его святости Шехины, ибо, как я указал ранее, у Его святости нет образа и формы, только голос, дух и речьСр. Книга Творения 1:8. . И он наполняет небо и землю, но ни одному из сотворенных не ведомо место святости Его, – ни ангелу, ни серафиму, ни всем полкам ратей небесных, как сказано: «Благословенна Слава Господа от места Своего!».

А все образы Писания, такие как «сотворим человека» и все прочее, что я упомянул, все это относится к Его величию, то есть царственности, которая на востоке. Подобно этому и в Шиур Кома рабби Йишмаэля говорится о величии и царственности Его. И называется оно Херувимом Избранным \Особым\, эманированным из Его великого огня – огня, поедающего огоньСр. «ибо Господь, Бог твой, есть очнь поедающий» (Втор 4:24), и см. Йома 21а..

Это так, ведь когда Он коснулся мизинцем, то сгорели сотворенные из огня ангелы, говорившие: «Что есть человек, что Ты помнишь его» (Пс 8:5) См. Санедрин 38б..

Итак, огонь, поедающий огонь – это святость и Слава Его, и из этого великого огня Он эманировал и сотворил Особого Херувима, не из того огня, из которого сотворены ангелы, и серафимы, и животные, и колеса, и эр’элимыСильные. См. «Вот, эр’элим (вар. эр’элам) кричат на улицах, ангелы мира горько плачут» (Ис 33:7). Талмуд понимает загадочное эр’элим как наименование категории ангелов (Хагига 5б, Кетубот 104а)., и херувимы, и все полки ратей небесных. И также все небеса и небеса небес, которых девять – все сотворены из огня, который Он произвел из водыСм. Книга Творения 1:11, 1:14.

И тот Особый Херувим был сотворен из Его великого огня, который Он эманировал из Своей святости, а не из того огня, из которого сотворены все высшие рати, дабы не сравнялась их слава с его славой. И это его Он создал, наделив обликом и формой, формой человека, у него очи и руки и чресла, и на челе его начертано: Йах Акатриэль. И тефиллин на голове его, и написано в них: «И кто подобен народу Твоему, Израилю, единственному народу на земле, для которого приходил Бог, чтобы приобрести его Себе в народ»м. Берахот 6а. . И мера Тела (шиур кома), описанная рабби Йишмаэлем, принадлежит ему. По его образу был создан Адам. И он восседает на Престоле Славы и возвышается над возвышенными, то есть над четырьмя царями земли. Это орел, лев, бык и человек, расположенные по четырем странам света, чтобы показать, что он – царь над царями. Также и херувимы внизу на ковчеге завета, и Шехина с ними, ибо Особый Херувим наверху, на Престоле Славы, и его величие не от него, а от святости, которая на западе….

И у того Особого Херувима есть завеса из цветного сияния, имя которой – Ишаэль, и она похожа на синету (техелет). И эта завеса окружает Престол Славы с трех сторон, оставляя открытым запад, ибо Его святость, которая на западе, озаряет Его величие, которое на востоке, на Престоле Славы. «Благословенна Слава Господа от места своего!»: Слава Господа – Его святость, которая распространяется и исходит из своего места, озаряя Его величие и царственность. И эту Славу мы благословляем, говоря «Благословенна Слава Господа от места Своего!», и всякий раз, когда из уст боящихся Бога исходят слова «Благословен…», они должны устремлять помыслы, и благословлять, и благодарить, и преклоняться пред этой Славой святости Его.

…И потому завершают третье благословение словами «Бог Святой», а не «Бог великий». Ибо, как было объяснено, не подобает благословлять и направлять помыслы во время богослужения к Создателю, но только к Святости, у которой нет облика и формы. И об этом говорится: «Ибо Ты – царь великий и святой». «Великий» – указание на величие и царственность Его, то есть на Особого Херувима, а «Святой» – это святость Его, которая на западе. Такова наша вера.

(«Суждение о богобоязненности и вере», Манускрипт Адлера 1161, Еврейская Богословская Семинария (Jewish Theological Seminary), Нью Йорк, листы 70б-71а; опубликовано в Кохве Йицхак 27, ред. Й. Камельхара, Вена, 1862, сс. 13-14.)

❒ Вопрос 27
Перечитайте параграф 3.3.3 в 3 части курса и охарактеризуйте другие сочинения, принадлежащие к хасидской «литературе единственности».  ❑

Автор «Суждения о богобоязненности и вере» переходит далее к экзегетическим вопросам, ссылаясь на свои источники: «Учили в Берайте Йосефа бен Узиэля, который открыл ее, получив из уст пророка Иеремии. И нельзя раскрывать ее никому, кроме тех, кто хранит тайну» (там же). Таким образом, автор претендует на то, что излагаемое им учение основано на древней традиции, восходящей к эпохе Второго Храма. В следующих параграфах мы обсудим некоторые положения этого текста.

10.2.2. «Величие» и «Святость»

Автор «Суждения о богобоязненности и вере» использует понятия, не встречавшиеся нам в сочинениях других хасидских авторов. Если говорить о терминологии, то центральным моментом в его сочинении является взаимное противопоставление Величия и Святости. Прежде чем мы займемся выяснением этих понятий, отметим, что автор делит и божественную, и тварную реальность на четыре области с помощью двух оппозиций: верх и низ, восток и запад. Терминология, применяемая им, строго выверена, и создается впечатление, что мы имеем дело с эзотерической традицией, разработанной в его кружке на протяжении нескольких поколений. Основная оппозиция восток – запад воспроизводится в ряде других оппозиций, столь же строго оформленных терминологических пар:

• Запад • Восток
• Святость • Величие
• Шехина • Царственность
• Слава • Особый Херувим

Святость и Величие – две основных сферы, на которые делится промежуточный уровень реальности. Над ними – сокровенное высшее Божество, под ними – мир ангелов, Колесница, и прочие творения.

10.2.3. Молитва и антропоморфные образы

Теологические построения в рассматриваемом тексте, несомненно, нацелены на то, чтобы дать ответ на насущную религиозную проблему. Автор ясно обозначает эту проблему в начале сочинения и возвращается к ней в конце приводимого фрагмента: куда должен направлять свои помыслы молящийся? Его ответ таков: «Всем, боящимся Бога, когда они благословляют, говоря “благословен Господь”, и преклоняются, и восхваляют, и благодарят, и устремляют сердца, нужно устремлять их только к той святости Его, которая есть Его Слава, без всякого образа и формы». Этот же ответ появляется в конце фрагмента: «И всякий раз, когда из уст боящихся Бога исходят слова “Благословен…”, они должны устремлять помыслы, и благословлять, и благодарить, и преклоняться пред этой Славой святости Его». Это утверждение призвано исключить две возможности, одна из которых обозначена в тексте напрямую, а другая подразумевается в нем. Во-первых, в тексте прямо говорится, что не следует адресовать молитву второй ипостаси, которая расположена на востоке и именуется Величием, Царственностью, «Особым Херувимом». Во-вторых, в тексте нет речи о том, чтобы обращать молитву к сокровенному высшему Божеству, которое является источником Славы, Шехины, Святости. И автору текста, и его читателю ясно, что обращение к сокрытому Богу во время молитвы невозможно, так же, как запрещено обращение к силе, именуемой Особым Херувимом. Молитва должна быть адресована промежуточному уровню, Славе, которая есть Святость и Шехина.

Вопрос о молитве, несомненно, центральный вопрос текста. Однако с самого начала к нему присоединяется дополнительный вопрос: если Слава и Святость не имеют образа и формы, если Исайя говорит: «И кому уподобите вы Бога? И какое подобие найдете Ему?» (Ис 40:18), то как следует понимать многие библейские стихи, прямо сообщающие о телесном облике Бога? Поднимая вопрос об антропоморфных выражениях в Писании, автор приводит ряд примеров:

• Фраза «сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему» (Быт 1:26), из которой следует, что Бог имеет телесный облик, и что этим обликом был наделен человек;

• Выражение «очи Господа» (Втор 11:12, Пс 34:16 и др.), которое приписывает Божеству телесные органы;

• Выражение «от вида чресл его и выше» (Иез 1:27, 8:2) и другие детали видения Иезекииля, которые не оставляют сомнения, что Бог явился пророку в человеческом облике.

В дальнейшем автор приводит еще два примера антропоморфных описаний Бога, уже не из Писания, а из Талмуда и древних мистических текстов. Первый из них – агадический отрывок из трактата Берахот, в котором говорится, что Бог возлагает филактерии (тефиллин), второй – древний мистический трактат Шиур Кома2, в котором подробно перечисляются члены Божьего Тела и указываются их размеры. Таким образом, автор ставит общую проблему антропоморфных выражений в классических еврейских текстах – в Писании, в раввинистической традиции, в древней мистике.

Предлагаемое автором решение проблемы антропоморфизма исходит из признания того, что в Божественной реальности есть аспект, обладающий антропоморфным обликом. Облик этот, однако, принадлежит не Славе Божией, Шехине и Святости, к которым должна быть обращена молитва, а к Особому Херувиму, отождествляемому с Божией царственностью и величием3. Этот Херувим изначально наделен обликом и формой, и это он восседает на Престоле Славы, он является пророкам, его описывают они, и о его Теле говорится в трактате Шиур Кома. Его видел Иезекииль над колесницей и по его образу был создан Адам, как сказано: «Сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему» (Быт 1:26).

Итак, в «Суждении о богобоязненности и вере» ставятся два вопроса: 1) К кому следует обращать молитву? 2) К кому относятся антропоморфные описания священных текстов? На эти два вопроса нельзя дать идентичные ответы, поскольку это означало бы, что молитва обращена к тому, кто наделен зримым обликом. Но такая молитва будет идолопоклонством в буквальном смысле слова – поклонением зримому облику. Следовательно, два вопроса должны получить разные ответы, отсылающие к различным Божественным силам. Одна из этих сил, ипостась, к которой должна обращаться молитва, это Слава Божия, вторая, являющаяся пророкам – Особый Херувим.

pic9-10.2.jpg

Иллюстрация 9

Иллюминированный текст начала литургического гимна «[Бог] Сильный, вознесенный надо всем». Под аркой ворот изображена фигура с птичьей головой, взвешивающая на весах «монеты израилевы»: заслуги еврейского народа наполняют чашу слева, тогда как справа демоническое чудовище пытается потянуть вниз чашу грехов.Вормсский Махзор, Франкония, Центральная Германия, конец 13 века. Национальная и Университетская Библиотека, Иерусалим.

❒ Вопрос 28
Отметьте различия между рассматриваемой здесь концепцией и обсуждавшимся ранее учением Йеуды Хасида о явлении Славы Божией (см. параграф 10.1.5.2).  ❑

10.2.4. Эманация «из Его великого огня»

Как отмечалось ранее, в сочинениях рабби Йеуды Хасида и рабби Эльазара из Вормса понятие эманации не встречается. Вместо этого они говорят о «прилеплении». В кружке «Особого Херувима» термины, выражающие понятие эманации, используются широко, иногда самостоятельно, а иногда в сочетании с терминами, обозначающими творение: «Он эманировал и сотворил Особого Херувима». По-видимому, слово «сотворил» в этой фразе не следует понимать в качестве технического термина, указывающего на творение ex nihilo и исключающего эманацию.

Анализ терминологии имеет прямое отношение к вопросу о Божественном статусе Особого Херувима. В принципе, поскольку к Херувиму не обращают молитвы, поскольку ему не приписывают других функций, являющихся прерогативой высшего Божества, его можно было бы признать сотворенной сущностью, которая открывается пророкам4. Тем не менее, автор «Суждения о богобоязненности и вере», равно как и другие представители этого кружка, всячески подчеркивает божественную природу Особого Херувима. Он подчеркивает, что Херувим эманирован из огня, поедающего огонь, не из того огня, из которого сотворены ангелы5.

Утверждение, что Херувим создан из Божественного огня, в противоположность ангелам и силам Колесницы, свидетельствует о близости позиций автора «Суждения» и второго мудреца в тексте Йеуды
Хасида6. Подобно второму мудрецу, наш автор отвергает концепцию Саадии Гаона, утверждавшего, что Слава, являющаяся пророком – сотворенная сущность, подобная ангелам. Некоторые замечания автора «Суждения» свидетельствуют о том, что он был знаком с позицией Саадии Гаона по этому вопросу и категорически отвергал ее. Подобно второму мудрецу, он утверждает, что сила, являющаяся пророкам, есть эманированная божественная сущность, на которой почиет дух святости, исходящий от Славы и Шехины, расположенных на западе. Херувим восседает на Престоле Славы, окруженном четырьмя царями земли – орлом, львом, быком и человеком (картина из видения Иезекииля), завеса скрывает его с трех сторон, оставляя открытым запад, поскольку с запада нисходит на него духовная эманация высшей Божественной силы.

Перед нами типичный пример иерархической лестницы эманаций. Высшее Божество, о котором в тексте ничего не говорится, – источник Святости, пребывающей на западе и именуемой также Славой и Шехиной. Святость, в свою очередь, эманирует Особого Херувима, который является пророкам, и который также обладает Божественной природой в полном смысле этого слова. Терминологические различия между «Суждением о богобоязненности и вере» и рассуждениями второго мудреца в сочинении Йеуды Хасида настолько велики, что исключают возможность влияния этого текста на кружок «Особого Херувима». Тем не менее, мы имеем здесь дело с учением о Божестве и о пророческом откровении, в содержательном плане чрезвычайно близким к учению, сложившемуся в центральной школе германского хасидизма, которая возникла вокруг рода Калонимидов.

10.2.5. Сокровенная Слава

Следует особо подчеркнуть еще один существенный момент в развитии теологической доктрины, отразившейся в «Суждении о страхе и вере», а именно, метаморфозу в представлениях о значении и роли Славы Божией. Как мы упоминали в начале этой части курса, учение о Славе было создано для того, чтобы решить теологические проблемы, связанные с пророческим созерцанием Бога. В соответствии с этим, высказывания ранних представителей этого учения – караимов, Саадии Гаона, Шабтая Донноло, раббену Ниссима и раббену Хананэля – свидетельствуют о том, что главной отличительной чертой Славы была для них возможность ее раскрытия, возможность, которая не распространяется на сокровенное Божество, не могущее стать объектом человеческого восприятия.

В противоположность этому, в «Суждении о богобоязненности и вере», как и в других текстах, принадлежащих кружку «Особого Херувима», именно Слава оказывается лишенной облика и формы, недоступной для восприятия в откровении, тогда как Особый Херувим становится ипостасью, являющейся пророкам. Возникает вопрос, каким образом ипостась, основным свойством которой была постижимость, способность раскрытия, превратилась в трансцендентную сущность, лишенную облика и формы? Ответ можно найти в динамике религиозной мысли, динамике, которую можно понять, сравнивая описываемую здесь структуру с концепцией Славы, выдвинутой Авраамом ибн Эзрой и воспринятой Йеудой Хасидом.

Если мы сравним структуру Божественной реальности с концепцией второго мудреца, мы обнаружим глубокое сходство. В обоих случаях существует, с одной стороны, высшее Божество, абсолютно недоступное для пророческого постижения и молитвенного обращения, и, с другой стороны, область тварного бытия, на вершине которой находятся ангелы, силы Колесницы и Престол Славы. Между этими двумя полюсами бытия расположена промежуточная область божественной реальности, действующей в мире и раскрывающейся в нем. В «Суждении о богобоязненности и вере» промежуточная область расслаивается на два уровня: Слава или Святость, непостижимая высшая сила, к которой обращаются молитвы, и Особый Херувим, более низкая ипостась, которая является пророкам. Согласно воззрению второго мудреца, промежуточная область представлена единой ипостасью – Славой Божией. На первый взгляд, различие между двумя концепциями кажется весьма глубоким; но действительно ли это так? Верно ли, что концепция сокровенной Славы совершенно чужда рабби Йеуде Хасиду? Ведь, как мы видели ранее, именно рабби Йеуда учил, что высший аспект Славы7 сокрыт и не доступен для постижения пророков и других тварных существ8. Только нижний лик Славы, обращенный к сотворенному миру, может явиться в откровении9. Таким образом, разница между двумя концепциями сводится к следующему: рабби Йеуда различал в Славе два аспекта, скрытый и явленный, однако настаивал на их единстве, рассматривая их как два лика единой сущности. В противоположность этому, автор «Суждения о богобоязненности и вере» и другие представители кружка «Особого Херувима» не настаивали на таком единстве. Они предпочитали описывать два лика как две отдельные силы (одна из которых расположена на востоке, другая – на западе), и обозначали их разными именами, говоря о сокровенной Славе и об Особом Херувиме, являющемся пророкам.

Похоже, представители этого кружка не были всерьез озабочены терминологической метаморфозой, в результате которой «Слава Божия», выражение, во всех классических источниках указывающее на явленный аспект Божества, стало обозначением сокрытой, лишенной образа Божественной силы. Точно также не смущало их другое терминологическое недоразумение, связанное с утверждением, что Особый Херувим восседает на Престоле Славы, а ведь, по логике вещей, на Престоле Славы должна восседать сама Слава! Но коль скоро, согласно их концепции, Слава лишена облика и формы, и, следовательно, ее нельзя представлять восседающей на престоле, им не остается ничего другого как отдать Престол Славы Особому Херувиму.

❒ Вопрос 29
Какая из двух возможностей наиболее адекватна религиозному сознанию: учение об абсолютном единстве Бога, из которого вытекает Его недоступность для человека, или же признание Его близости к человеку, даже ценой ущерба единству?  ❑

Таким образом, следует признать, что существует глубокое сходство в путях развития религиозной мысли и способах решения проблем антропоморфизма, откровения и молитвы между центральным направлением германского хасидизма, сформировавшимся вокруг семьи Калонимидов, и кружка «Особого Херувима», опиравшимся на псевдоэпиграфические источники и легендарные традиции, восходящие к Иеремии, бен Сире и Йосефу бен Узиэлю. Несмотря на терминологические различия и отсутствие контактов между двумя школами, они пришли к сходным выводам: для того, чтобы решить проблемы антропоморфизма, откровения и молитвы. И тем, и другим оказалось необходимым признать, что Божественная реальность включает в себя несколько ступеней, происходящих одна из другой путем эманации и передающих друг другу Божественный свет и бытие. Это означает, что мы не должны связывать эту концепцию с особым духовным и интеллектуальным миром какого-то одного мыслителя или отдельной школы. Мы имеем дело с концепциями, вызванными к жизни насущными запросами религиозной и интеллектуальной жизни той эпохи, и мыслители различных школ, услышавшие эти запросы, были подвигнуты ими на создание сходных концепций, несмотря на то, что они работали независимо друг от друга.

1 А. Еллинек, Кохве Йицхак, т. 27, Вена, 1862, сс. 13-14. Прим. пер.

2 В тексте говорится о Шиур Кома рабби Йишмаэля, поскольку традиция размеров Тела приписывается в этом трактате таннаю рабби Йишмаэлю бен Элише.

3 Ср. схему в предыдущем параграфе.

4 Подобно тому, как учил Саадия Гаон.

5 «Суждение» описывает огонь, из которого сотворены ангелы, в соответствии с описанием в Книге Творения, где огнем названа четвертая сефира, происходящая из третьей сефиры, воды, которая, в свою очередь, исходит их второй сефиры – духа (воздуха).

6 См. выше, параграф 10.1.5.

7 Тот аспект, который полностью слит с Самостью Творца, аспект «Всеблагости», где сущность Славы как абсолютного Блага тождественна сущности Творца.

8 Рабби Йеуда следует в этом за ибн Эзрой, который интерпретирует таким образом стих, гласящий: «Человек не может увидеть Меня и остаться в живых» (Исх 33:20).

9 См. выше, параграф 10.1.5.2.