Часть 4. Книга хасидов

4.4. Автор Книги хасидов

4.4.1. Гипотеза Морица (Моше) Гюдемана

Первая попытка дать детальное описание процесса формирования Книги хасидов и решить вопрос о ее авторстве принадлежит Морицу Гюдеману1. Этот исследователь выдвинул тезис о том, что Книга хасидов не может рассматриваться как творение одного человека. С его точки зрения, книга представляет собой сборник обычаев, законоположений, толкований и моральных наставлений, в создании которого принимали участие многочисленные авторы движения германских хасидов. Формирование сборника заняло несколько поколений, на протяжении которых каждый из авторов вносил свой вклад в постепенно растущее собрание.

pic14-4.4.jpg

Иллюстрация 14

Изображение льва. Микрографический рисунок с использованием масоретского текста книги Иезекииля. Германский манускрипт 13в. Художественный Архив Австрийской Национальной Библиотеки, Вена.

Гюдеман не отрицал центральной роли рабби Йеуды Хасида в создании книги, однако указывал на следы участия в нем других авторов и среди них – рабби Эльазара из Вормса. Гюдеман, в распоряжении которого имелось только болонское издание Книги хасидов, приводил в доказательство своей позиции тот факт, что в конце этой версии содержатся фрагменты из Книги премудрости души рабби Эльазара.

Основным аргументом Гюдемана был хаотический характер книги и слабая связь между отдельными сборниками, входящими в ее состав, а также противоречия между ними. Все это, по его мнению, не позволяет предположить, что книгу написал один автор. Именно по этим соображениям он выдвинул тезис о постепенном, длительном процессе формирования книги, процессе, в котором принимали участие многие авторы.

4.4.1.1. «Народный гений»

Концепция Гюдемана была типичной для конца 19 века – того времени, когда он создавал свой труд. Многие ученые полагали, что все творения, игравшие центральную роль в духовной жизни еврейского народа, были плодом коллективного творчества. Более того, Гюдеман мог сослаться на пример Библии, Мишны и Талмуда: все эти книги были плодом творчества многих авторов и создавались на протяжении многих лет. Если так было в древности, почему бы и в Средние века дело не могло обстоять таким же образом?

Классический пример подхода, господствовавшего во времена Гюдемана, связан с вопросом об авторстве Книги Зогар, важнейшей книги средневековой каббалы. Большинство ученых 19 и начала 20 века считало Зогар плодом коллективного творчества многих поколений еврейских мистиков древности и раннего средневековья. Творчество этих поколений отложилось в современной Книге Зогар в виде множества разновременных слоев.

В современной науке эта концепция в целом потеряла свою привлекательность, хотя некоторые значительные исследователи продолжают хранить ей верность. К примеру, относительно Книги Зогар Гершому Шолему удалось убедительно показать, что ее автором был один каббалист, рабби Моше де Леон, живший в конце 13 века в ИспанииСм. G. Scholem, Major Trends in Jewish Mysticism, ch. V, New York, 1954. И в русском переводе: Г. Шолем, Основные течения в еврейской мистике, перевел Н. Бартман, Библиотека Алия, Иерусалим. 1993, 2 т.. Подобная смена подходов коснулась и некоторых других произведений, ранее считавшихся плодом коллективного творчества и признанных ныне созданием одного автора. Яркий пример тому – Книга хасидов, и сегодня мы располагаем множеством доказательств, что у книги был один автор – рабби Йеуда Хасид.

Устойчивая средневековая традиция приписывала книгу рабби Йеуде Хасиду, однако исследователей, подвергших эту традицию критическому анализу, беспокоили некоторые сомнения. Основным возражением против авторства рабби Йеуды Хасида было то обстоятельство, что все имеющиеся в нашем распоряжении версии книги анонимны. Если автором книги был действительно этот величайший религиозный авторитет германского еврейства, почему его имя не фигурирует в заглавии ни одной из рукописей и ранних печатных изданий Книги хасидов?

4.4.2. Рабби Йеуда Хасид – требование анонимности

В настоящее время нам известен ответ на этот вопрос. Дело в том, что и другие сочинения, приписываемые рабби Йеуде Хасиду, также не содержат указания на его авторство. Для того, чтобы осмыслить это явление, мы должны познакомиться с отношением рабби Йеуды Хасида к вопросу авторства и анонимности. Эта его позиция имеет важное значение для понимания как этической доктрины Книги хасидов, так и отношений между различными фигурами, стоявшими во главе движения германского хасидизма.

Ключевым текстом здесь служит сама Книга хасидов, в которой неоднократно выражается отношение к авторству, нетипичное для средневековой еврейской литературы. Согласно Книге хасидов, автору книги или литургического гимна запрещено упоминать свое имя в начале своего сочинения. В частности, рабби Йеуда высказывается против обычая начинать сочинение акростихом, содержащим имя автора. Этот обычай, особенно распространенный среди авторов литургических поэм, заслуживает, на его взгляд, осуждения, поскольку, объявляя свое имя, сочинитель проявляет тем самым гордыню. И даже если он убежден, что свободен от этого греха и заявляет о своем имени из иных побуждений, ему все же не стоит поступать так, дабы не ввести в грех своих потомков или учеников.

В качестве достойного подражания примера анонимности рабби Йеуда ссылается на древние мидраши, на Мишну и на Талмуд. Итак, автор, с которым мы имеем дело, неукоснительно придерживается принципа анонимности во всех своих произведениях, и именно эта анонимность текста служит важным признаком авторства рабби Йеуды Хасида.

4.4.2.1. Отношение рабби Эльазара из Вормса к вопросу анонимности

Позиция другого религиозного авторитета германских хасидов, рабби Эльазара из Вормса, была прямо противоположной. Рабби Эльазар заботился о том, чтобы указывать свое имя в начале своих произведений, быть может, с большей последовательностью, чем какой-либо другой из современных ему авторов. Обычно он делал это с помощью акростихов, построенных на начальных фразах книг или даже отдельных глав. Так например, его Книга премудрости души начинается словами:

Воспою Тебе, Всевышний, песнь хвалений моих
алеф ламед айин заин реш
Боже, я воззвал к Тебе, о, услаждающийся напевами моими
А-эль, кратиха тоэм негинотай
эй коф тет нун (Из: Рабби Эльазар из Вормса, Книга премудрости души, Львов, 1876).

Первые буквы этих стихотворных строк образуют фразу Эльазар а-катан – «Эльазар Малый». Один из наиболее ярких примеров такого использования акростихов мы встречаем в предисловии Эльазара из Вормса к его галахическому труду Книга рокеаха. Другой пример – в молитве, составленной рабби Эльазаром:

Оксфордская рукопись 1574:
Бог (אל) помогающий (עוזר), благословенный (ברוך), повелевающий, (именем) Йах (ביה) увенчанный (נזר)В изданном варианте (в антологии Тмирин, см. ниже) напечатано נדר «(именем Йах) присягающий»; Й. Вайншток предлагает исправление נאדר «(именем Йах) величающийся», однако в рукописи четко читается נזר. Прим. пер., единственный (יחיד) великолепием (הדור), достоверный (וודאי) таинствами, ознаменованный (דגול) в воинствах, Он (הוא) – знамение в легионах! Во всем (בכל) мире владычество Твое, милосерден (רחום) Ты в милостях Твоих (בחנינותיך), Ты юн в конце свершений Твоих, Ты древен (ישיש) в созидании Твоем, Ты свят (קדוש) в святынях Твоих, Ты облекаешься (לובש) праведностью Своею, Ты ужасен /дивен/ (נורא) ужасами /дивами/ Своими, грозен (יראוי) всем творениям Твоим, Ты – Царь (מלך) в царственности Своей, могучий в могуществе Своем, возвышенный (סגי) в величии Своем. Ты – Бог великий, могучий и страшный, первый, срединный и последний. Ты предшествовал всему, Ты пребываешь ныне в мире, Ты пребудешь в конце всего и превознесешься Ты один.

«Молитва рабби Эльазара из Вормса»
Боже богов, чистый чистых, первый первых, последний последних, и последним над прахом стоять Ты будешь. Господь сущихВ рукописи אדון לבﬠל ﬠולם Господь владыки мира»(??). И Вайншток предполагает, что выражение «владыка мира» относится к верховному ангелу. Однако скорее всего что здесь налицо ошибка переписчика и следует читать אדון לבאי לולם. Прим. пер. в мире, питающий множество творений Своих, раскрывая ладонь Свою. Друг надежный, испытанный, судящий суд в обильном милосердии Своем и в жалости Своей великой. День и ночь хвалят тебя служители (вар. песнопевцы) Твои, святыет.е., ангелы. Прим. пер. воспевают Тебя, ужасные благословляют Тебя, предстоящие и присутствующие (вар. пребывающие) превозносят Тебя, а Ты несешь все Своим могуществом. Благословен (ברוך) Ты днесь (ביום) (?), владычествующий (מושל) надо всем, и посему все хвалы (שבחות) Твои суть (הם). Ибо Ты Бог, творящий дивное /чудное/, страшен /дивен/ в восхвалении, нет подобного Тебе в делах Твоих. Дням Твоим нет предела и числа, ибо годы Твои неисследимы и нет им скончания. И до древности и старости Ты тот же, ибо Ты переживаешь(?) все, и ничто не переживает Тебя и нет ничего без Тебя. Царь царей, возводящий царей на престол. Господь царствовал, Господь царствует, Господь будет царствовать вовеки веков, ибо к Тебе возвратится все царство.

Царь истинный, вовек помогающий, Царь праведный и милосердный; Царь преизбранный, грозный и вознесенный; Царь пречистый ברור Рукопись допускает также чтение בחור, «юный» или «избранный». Прим. пер. и единственный; Царь древний и величественный, Царь достоверный, ознаменованный и величественный; Царь творящий и возлюбленный, Царь мягкосердый, строящий и созидающий, Царь святой вовек, Царь собрания וﬠד можно огласовать и как ва-эд, «(царь) веков» (в связи с предыдущим), и как ваад, «(царь) собрания» (в связи с последующим). Возможно, рабби Эльазар имел в виду обе огласовки. Прим. пер. и сладкогласияСмысл: «царь восхваляемый в собрании сладкогласных ангелов». Прим. пер., Царь почитаемый, уступчивый и прощающий, Царь во всем утвержденный, таинственный, Царь благословенный, Йах, Царь сладкий (מתוק), Шаддай (שדי), Бог (האל), Царь сильный и крепкий (חזק ואמיץ). ….
(Из: Й. Дан, «Молитва рабби Эльазара из Вормса», Тмирин, Институт рава Кука, Иерусалим, 1981, т. II, сс. 81–82Молитва дошла до нас в составе рукописного сборника, хранящегося в Бодлеянской библиотеке в Оксфорде (№ 1574 по каталогу Нойбауэра, сс. 50а–55а) и была опубликована Йосефом Даном и Йисраэлем Вайнштоком в антологии Тмирин. Вопросительные знаки отмечают трудно читаемые или неясные места в рукописи. В переводе использовались некоторые исправления, предложенные Й. Вайнштоком в примечаниях к публикации. Прим. пер.).

В приведенном отрывке содержится анаграмма имени рабби Эльазара вместе с именами его предков: אלﬠזר בן רבי יהודה בן רבי קלונימוס בן רבי משה חזק ואמץ «Эльазар, сын рабби Йеуды, сына рабби Калонимуса, сына рабби Моше, усилься и укрепись!». Это обыкновение рабби Эльазара не только позволяет в ряде случаев установить его авторство, но и дает основание для следующего негативного вывода: Эльазар из Вормса не является автором анонимных пассажей Книги хасидов и, следовательно, вся книга в целом также не принадлежит его перу. В качестве противоположного примера можно сослаться на рукописный сборник вопросов и ответов (респонсов) на тему покаяния, составителем которого был, по всей видимости, рабби Йеуда Хасид, а рабби Эльазар был тем, кто отредактировал и дополнил его. В этом сборнике вставки и дополнения, принадлежащие рабби Эльазару, четко выделяются на фоне остального текста благодаря анаграммам, указывающим на его имя.

4.4.2.2. Отношение рабби Шмуэля Хасида к анонимности

Согласно распространенному мнению, в вопросе об авторстве и анонимности взгляды рабби Шмуэля Хасида, отца рабби Йеуды, были близки к позиции рабби Эльазара из Вормса; по-видимому, рабби Шмуэль не принимал императива анонимности, столь последовательно проводимого его сыном.

Действительно, как отмечалось выше, в первых словах трактата, написанного рабби Шмуэлем и помещенного в начале Книги хасидов, содержится, по-видимому, намек на имя автора2. Аналогичные примеры можно найти и в других сочинениях рабби Шмуэля Хасида.

В противоположность этому, в нашем распоряжении нет ни одного текста, который содержал бы анаграмму имени рабби Йеуды Хасида или другое подобное указание на его авторство. Это еще раз подчеркивает ту последовательность, с которой рабби Йеуда проводил свою установку на анонимность. Принадлежность тех или иных текстов его перу устанавливалась исследователями на основании внешних свидетельств и косвенных признаков.

❒ Вопрос 22
Рассмотрите еще раз мнения рабби Йеуды Хасида и рабби Эльазара из Вормса о том, следует ли сочинителю надписывать свои произведения. На основании того, что нам известно об их позиции, какие предположения можно высказать об отношении этих авторов к псевдоэпиграфии, – практике, при которой новые сочинения выдаются за творения древних авторов?  ❑

4.4.3. «Аромат благоухания приятного»

Можно указать на любопытное свидетельство тех колебаний и затруднений, которые испытывали последователи рабби Йеуды Хасида в связи с позицией их учителя в вопросе анонимности. Это свидетельство находится в одном из важнейших литературных памятников германского хасидизма, книге Грядка благовоний, содержащей комментарии к литургическим гимнам и написанной рабби Авраамом бен рабби Азриэлем «из старейшин Богемии».

Эта книга носит энциклопедический характер; в ней приводится множество цитат из писаний галахистов, грамматиков, комментаторов и философов. На каждой странице можно встретить имена пяти-шести авторов, на произведения которых ссылается рабби Авраам. Составитель Грядки благовоний тщательно следит за точностью и полнотой цитат и ссылок на источники, ясно обозначает границы между текстом источников и авторской речью (занимающей меньшую часть книги). Так, например, на своего учителя, рабби Эльазара из Вормса он ссылается около двухсот раз, многократно упоминаются им и другие мудрецы и хасиды германского еврейства.

Само собой разумеется, что рабби Авраам хорошо знал писания рабби Йеуды Хасида и часто использовал их в своем труде. Однако способ цитирования, избранный им в этом случае, необычен. Среди сочинений рабби Йеуды наиболее часто обращается он к «Книге Славы»; в Грядке благовоний эта книга цитируется около 40 раз. При этом рабби Авраам неизменно упоминает только название книги, не указывая ее автора, –так, как будто речь идет об анонимном произведении. Другой источник, часто используемый им, – это комментарий к Торе, в котором Моше Залтман, сын рабби Йеуды Хасида, собрал слова своего отца, посвященные обсуждению недельных чтений Пятикнижия. В этом случае автор Грядки благовоний позволяет себе указать имя рабби Моше, записавшего текст, не упоминая, однако, о том, что приводимые толкования на самом деле восходят к рабби Йеуде.

В некоторых случаях рабби Авраам выходит из затруднения, прибегая к своеобразной формуле, содержащей завуалированное указание на рабби Йеуду Хасида. В некоторых случаях он обозначает цитируемый им источник как «Аромат благоухания приятного». Смысл этой фразы ясен всякому, кто знаком с литературой германских хасидов. На иврите «аромат» (реах) – аббревиатура фразы «рабби Йеуда Хасид», «благоухание» (босем)בן שמואל–בשם. Следует отметить, что слово босем можно прочитать как бе-шем «от имени» (вся фраза будет читаться как «Аромат от имени благоухания»). Увязывание имени и аромата весьма характерно для германских хасидов, ср. литературное имя Эльазара из Вормса «Составитель благовоний» (рокеах), равное по гиматрии имени Эльазар (см. выше, 3.4.1.1), название книги Грядка благовоний, и т. д. Такая связь ясно просматривается уже в Библии (ср. Песн 1:3). Прим. пер. – аббревиатура слов «сын Шмуэля», гиматрия слова «приятное» (нихоах) равна гиматрии слова «Хасид»ח+ו+ח+י+נ=82 =ד+י+ס+ח. Прим. пер.. Эта формула дает ясное и однозначное указание на полное имя и почетное звание рабби Йеуды Хасида, избегая, однако, открытого упоминания о нем.

А рабби Эльазар писал, что существует ангел, держащий в руке огненную палицу, которую он обрушивает на голову того, кто поспешил или опоздалРабби Эльазар пишет здесь о серафимах, поющих трисвятую песнь (см. ниже); они должны петь в унисон, те же из них, кто выбивается из общего хора, подвергаются наказанию. Прим. пер. . А «Аромат благоухания приятного» объясняет, что они ради наказания Израиля говорили, возмущаясь: «Свят, Свят, Свят Господь воинств, вся земля полна славы ЕгоИс 6:3. Прим. пер., а сии не внимают Ему и грешат – конечно же, они заслуживают уничтожения!», как это доказывается афтаройАфтара – отрывок из пророков, читаемый в синагоге в субботу и праздники после чтения главы из Пятикнижия. Здесь речь идет об отрывке из книги Исаии (Ис 6:1-7:5), читаемом после раздела Йитро (Исх 18:1-20:23). Видение серафимов, восклицающих «Свят, свят, свят», появляется у Исаии в окружении пророчеств, осуждающих Израиль. Прим. пер.. И возразил ему сынСмысл возражения: из приводимых далее источников ясно, что серафимы поют трисвятую песнь каждый день, так что она является ежедневной и, следовательно, не связана с пророчествами Исаии. Прим. пер. на основании того, что сказано в главе «Вертлюжья жила»Вавилонский Талмуд, Хулин 91б. Прим. пер.: «три хора ангелов поют \песнь каждый день\ свят… свят …свят», и из того, что мы произносимВ ежедневной литургии (молитва «Кдуша» (Святость) при повторении Амиды вслух). Прим. пер.: «освятим Имя Твое, как написано пророком Твоим: “И взывали они друг ко другу и говорили…” Ис 6:3. Прим. пер.». И ответил ему: тогда они говорили в гневе, а впоследствии – с благорасположением.
(Из: Грядка благовоний рабби Авраама бен Азриэля, изд. Э. Урбаха, Издательство «Пробуждающие спящих», Иерусалим, 1939, с. 206)

Представляется, что этот экстравагантный способ указания авторства, аналогов которому нет среди сотен ссылок на другие источники, упоминаемые в Грядке благовоний, можно объяснить единственным образом: и ученикам рабби Йеуды, и ученикам его учеников была хорошо известна твердая приверженность их учителя принципу анонимности. Они уважали его взгляды, хотя и не разделяли их.

4.4.4. Исследование Книги хасидов -выводы

Таким образом, в вопросе об анонимности рабби Йеуда Хасид и его ученик рабби Эльазар из Вормса придерживались диаметрально противоположных взглядов. Практика, которой следовали остальные учителя германского хасидизма, от рабби Шмуэля Хасида до рабби Авраама бен Азриэля, соответствовала в целом позиции, выраженной рабби Эльазаром. Рабби Йеуда Хасид, который, исходя из моральных соображений, требовал от авторов публиковать свои сочинения анонимно, по-видимому, оставался в одиночестве. Это обстоятельство, вкупе с другими соображениями, позволяет нам сделать заключение о том, что именно рабби Йеуда Хасид был автором всего текста Книги хасидов в том виде, в котором она сохранилась в пармском манускриптеНапомним, что в болонской версии в книгу входят фрагменты из писаний Маймонида и рабби Эльазара из Вормса., за исключением двух трактатов, помещенных в начале книги и принадлежащих перу рабби Шмуэля Хасида («Книга богобоязненности» и «Книга покаяния»). Особая позиция рабби Йеуды Хасида в вопросе анонимности важна не только для установления его авторства. То обстоятельство, что в этом вопросе он стоит особняком среди мыслителей германского хасидизма, заставляет нас задуматься: а не обстояло ли дело таким же образом и в других случаях? Весьма вероятно, что и в некоторых других вопросах Книга хасидов выражает особое мнение только одного из религиозных авторитетов германского хасидизма – рабби Йеуды Хасида.

❒ Вопрос 23
Свидетельствует ли, на ваш взгляд, отсутствие ссылок на имена других авторов в Книге хасидов о том, что текст рабби Йеуды Хасида не подвергался редактированию или дополнению? ❑

Итак, есть все основания полагать, что автором Книги хасидов был рабби Йеуда Хасид, несмотря на то, что его имя не упоминается в ней. Это последнее обстоятельство можно объяснить беспрецедентной среди германских еврейских мыслителей установкой на анонимность, которой придерживался автор книги.

1 Moritz Güdemann (1835–1918), автор важного и подробного исторического обзора духовной жизни средневекового еврейства, Geschichte des Erziehungswesens und der Cultur der abendlandischen Juden während des Mittelalters und der neueren Zeit (История образования и культуры западноевропейского еврейства в Средние века и Новое время (нем.)), Т. 1–3, Вена, 1880–1888. Первый том посвящен культуре немецкого еврейства и, в особенности, германскому хасидизму.

2 См. выше, 4.3.2.