Часть 5. Основные принципы этического учения

ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ К ПЯТОЙ ЧАСТИ

Ответ 1

Да, иштавут можно отнести к числу стоических добродетелей. Самообладание, равнодушие к миру и сдержанность в поступках, предписываемые стоической этикой, весьма точно соответствуют семантике термина иштавут.

Ответ 2

Учение германских хасидов категорически исключает всякую возможность того, что праведный образ жизни повлечет за собой награду в земной жизни. Человек должен избегать людских похвал, отказываться от высокого общественного статуса, даже если он заслужил их своей благочестивой жизнью. С другой стороны, хасидские авторы всячески подчеркивают, что все страдания, перенесенные в этом мире, будут вознаграждены в мире грядущем, и не запрещают человеку, соблюдающему заповеди, рассчитывать на воздаяние такого рода. Следовательно, в их понимании «служащий ради награды» – это тот, кто надеется получить награду в этом мире, тогда как стремление заслужить награду в будущем мире не противоречит бескорыстному служению Богу.

Ответ 3

Если предположить, что указанный параграф описывает отношение к хасиду со стороны нееврейского окружения, то представленное в нем положение вещей, несомненно, соответствует историческим реалиям. Скорее всего, однако, в нем речь идет о ситуации внутри еврейской общины, а это ставит нас перед серьезной проблемой. Как известно, хасиды обладали чрезвычайно высоким религиозным и общественным авторитетом, и у нас нет никаких оснований думать, будто рассматриваемый текст отражает личный опыт автора, подвергавшегося постоянным насмешкам со стороны своих собратьев.

Ответ 4

Согласно Талмуду (Гиттин 57б), мидрашам (Песнь песней рабба 1:22 и др.) и многим средневековым комментаторам (см. например, комментарий Авраама ибн Эзры) стих «Но за Тебя умерщвляют нас всякий день» описывает страдания еврейского народа в изгнании, мученическую смерть ради освящения Имени во времена преследований на религиозной или национальной почве. Германские хасиды придают иной смысл этому стиху, связанный не с мученической смертью, а с претерпеванием оскорблений в повседневной жизни. В этом они по-своему продолжают иносказательные толкования, сформулированные в Талмуде параллельно первой указанной интерпретации стиха.

Ответ 5

В молитве и благословении заключена сила, сравнимая с силой проклятия; значит, проклятие можно уравновесить посредством молитвы. В словах проклятия, равно как и в словах благословения, заключена автономная сила, способная воздействовать на реальность даже независимо от намерений говорящего. Однако действие этой силы не автоматично, а обусловлено решением Бога. Соответственно молитва – это обращение к Богу с просьбой принять решение в пользу благословения.

Ответ 6

С практической точки зрения, нет никакого соответствия между моралью, содержащейся в истории про епископа, и толкованием к Притчам, приводимом в конце параграфа. В рассказе о епископе показано, что ради достижения достойной цели человеку приходится проникать в среду грешников, попадать в ситуации, когда грех становится легкодоступным, и все же воздерживаться от него. Толкование к Притчам, напротив, требует от человека всячески избегать ситуаций, где возможен грех, налагает на него дополнительные запреты, имеющие целью предотвратить
возникновение подобных ситуаций. Разумеется, следуя этим
наставлениям, невозможно достичь того результата, которого добился епископ в приведенном в §58 рассказе.

Ответ 7

В тех случаях, когда перед ними стояла цель нравственного воспитания, германские хасиды были готовы обращаться к примеру благочестивых неевреев. В этом случае сила нравственного императива подчеркивается тем, что даже христиане следует ему. Важно, однако, отметить, что в Книге хасидов такие примеры довольно редки.

Ответ 8

Приведенный пример ясно демонстрирует преобладающее значение моральных мотивов действия по сравнению с самим действием. Ценность заповеди не в ней самой, а в духовных мотивах, приведших к ее исполнению.

Ответ 9

Ярким примером автономной концепции в истории еврейской мысли можно считать учение Маймонида. Согласно его взглядам исполнение предписаний религии соответствует наиболее разумным человеческим устремлениям, ибо «помышление сердца человеческого – добро от юности его»1. Если бы человеку была предоставлена возможность делать то, к чему его призывает разум, он бы сам старался следовать пути добра.

Популярная концепция, преобладающая в современном Израиле, также может быть описана как автономия. Здесь часто приходится слышать о том, что религиозное воспитание спасает молодежь от преступности и наркомании, что соблюдение субботы дарует семье радостный день спокойного общения и духовного развития. Все это примеры автономного подхода к религиозной жизни, согласно которому заповеди дают полное выражение индивидуальности и устремлениям человека и не навязываются ему вопреки его природе.

Ответ 10

В талмудической литературе можно встретить многочисленные высказывания о том, что дурное начало необходимо для существования мира. Так, например, рабби Шимон бен Лакиш говорит: «Будем благодарны нашим прародителям2, ведь если бы они не согрешили, мы бы не появились на свет» (Авода Зара 5а). Представление о грехе Адама и Евы тесно связано с понятием дурного начала человека и, следственно, дурное начало имеет прямое отношение к истории рода человеческого. В других местах Талмуда и Мидрашей можно найти выражения, непосредственно относящиеся к необходимости дурного начала для жизни людей. (См., например, Бытие рабба 9:7: «Если бы не дурное начало, человек не строил бы дом, не рождал бы детей и не занимался бы торговлей». Ср. также эпизод, описанный в Санедрин 90.) Однако такая точка зрения гораздо менее радикальна, чем концепция германских хасидов, согласно которой всепроницающее присутствие дурного начала есть проявление общего закона, правящего миром.

Ответ 11

Описанная в §2 ситуация, если она отражает реальное положение дел, свидетельствует о том, что этот мир полон соблазнов и испытаний. Земная жизнь воспринимается как полоса препятствий, возведенных дурным началом. Доброе начало скрыто в тайниках человеческого сердца и не находит выражения в повседневной жизни.

Ответ 12

Складывается впечатление, что основное различие между этими двумя представлениями испытания состоит в том, что в Библии испытание является необычной, редкой и загадочной ситуацией, которая не может быть мерилом всеобщих норм нравственного поведения. Библия описывает испытания, которым Бог подвергает Авраама или Иова, не как проявления законов мироздания и постоянных путей божественного Проведения, а как исключительные события, объясняющиеся великой мудростью и благочестием испытуемых. В свете этого обстоятельства, учение германских хасидов можно рассматривать как радикальное расширение библейского взгляда на испытание, превратившее его в руководящий принцип духовной жизни.

Ответ 13

Можно предположить, что рабби Шмуэль отверг бы подобный мистический путь из-за соблазна, который несет в себе чувство близости к Богу, могущее ослабить страх перед Ним и твердость в исполнении Его воли. Представляется, что особая осторожность требуется в тех случаях, когда речь идет о широкой публике, поскольку большинство людей вряд- ли способны преодолеть такой соблазн. С другой стороны, не исключено, что и рабби Шмуэль признает допустимость мистического единения с Богом для личностей высочайшего духовного уровня, которым такая опасность не грозит.

Ответ 14

Выражение «как будто бы назло» описывает поведение человека, который грешит, не будучи побуждаем к этому своими склонностями, который «совершил малый грех без воздействия дурного побуждения». Автор Книги хасидов готов отчасти извинить грешника, уступившего натиску своих желаний; тот же, кто совершает грех, не будучи обуреваем своими страстями, по сути дела демонстрирует пренебрежение Божьими заповедями.

Ответ 15

Поскольку религиозная ценность поступка целиком определяется его духовной значимостью и измеряется усилием, связанным со внутренней борьбой и преодолением препятствий, нет никакой возможности оценить духовные достижения другого человека. Внешняя сторона поступка не может свидетельствовать о стоящих за ним духовных борениях. По этой причине в этом мире нет никакой возможности судить о духовном уровне другого человека, это ведомо лишь Богу, «испытующему сердца и утробы». Всякое суждение об истинном достоинстве людей на основании их поступков лишено силы.

Ответ 16

Трудно указать на случай столь категоричного требования отделения от еврейского общества, мотивированного моральными соображениями (в отличие от всевозможных идеологических расколов, таких, как раскол между сторонниками и противниками хасидизма в Восточной Европе 18–19 вв.) до наступления современной эпохи. Похоже, что образ жизни ультраортодоксальных общин в современном Иерусалиме или Бне-Браке служит наиболее ярким примером выполнения указаний Книги хасидов, несмотря на сотни лет, разделяющие эпоху написания книги и наше время. Образование гетто, населенных ультраортодоксальными евреями, которые стремятся отделиться от «нечестивого» еврейского общества – одна из характерных черт современной эпохи. Похоже, что §181 Книги хасидов, который будет рассмотрен далее, мог бы быть написан либо в конце 12, либо в конце 20 в.

Ответ 17

Наряду с буквальным пониманием библейских фраз, расширительное толкование целых библейских стихов тоже представлено в этом пассаже. Стих, где говорится о «виновном в пролитии человеческой крови» применяется ко всем «злодеям и нечестивцам», а не только к убийце. Обсуждение запрета проявлять милосердие к грешникам связано со стихом из Псалма, в котором сказано, что «не оставит [Господь] колена нечестивых вместе со жребием праведных». Ссылка на книгу Самуила и на Второзаконие превращает сказанное там об особых, исключительных ситуациях в общее указание, обращенное ко всему обществу.

1 Вместо библейского «помышление сердца человеческого – зло от юности его» (Быт 8:21).

2 Адаму и Еве.