Часть 7. Учение о нравственности в повседневной жизни

7.4. ПОЧИТАНИЕ РОДИТЕЛЕЙ

Из числа тех многих вопросов этики, которые рассматриваются в Книге хасидов, мы коснемся двух важных тем: почитания родителей и отношений учителя и ученика (последняя тема будет затронута в рамках анализа проблем, связанных с обязанностью изучать Тору). В отрывках, посвященных этим двум видам отношений – отец-сын, учитель-ученик –выражены требования, предъявляемые автором книги к человеческим отношениям вообще. Анализ этой тематики важен для нас еще и потому, что почитание родителей и изучение Торы – это две заповеди, являющиеся также предметом и чисто галахических рассуждений в еврейских классических текстах. Местами возникает противоречие между предписаниями галахи и принятыми в обществе нормами поведения. Разбирая приводимые ниже отрывки, мы должны обратить внимание на сочетание в них элементов галахической мотивировки с комплексом социальных и психологических соображений, продиктованных необходимостью учитывать положение каждого отдельно взятого человека в обществе и бережно обращаться с его чувствами.

§1720
В одной семье и отец, и сын были богаты, но отец не позволял себе много тратить на еду и питье. Сказал сыну мудрец: «Хотя у твоего отца и есть средства, он не хочет тратить своих денег. Пусть же у тебя будет заслуга – за свой счет корми и пои его, покупай ему одежду».

§1721
Один человек содержал своего брата и сестру с детьми. Во время трапезы он ставил перед ними одну миску с едой для всех. Тогда брат, который столовался у него, всегда ждал. Он принимался за еду лишь после того, как его сестра и ее дети съедали мясо, так что ему оставалась только подливка и овощи. Так поступал он всегда, специально для того, чтобы иметь заслугу в глазах Небес. Прошли годы, человек этот женился, у него родились дети. Когда его дочь выросла, она стала вести себя за столом точно так же, как он когда-то поступал со своей сестрой и ее детьми. Она готовила ему лакомые кушанья и не принималась сама за еду, пока не видела, что отец насытился; тогда она ела то, что оставалось после его трапезы.

§1722
Покинув город, в котором живут его отец и мать, один человек отправился в опасный путь, а его родители, беспокоясь о нем, постятся или просто пребывают в скорби. Этот человек обязан, как только сможет, нанять посыльного и передать им письмо с известием, что благополучно избежал опасности и достиг цели своего путешествия, чтобы они не печалились и не страдали более.

Некто почитал отца своего и мать свою. У него были братья и сестры. Они нередко ссорились с ним, и он всячески бранил их и задирал, а его родители расстраивались из-за этого. Сказал ему мудрец: «Ты почитаешь отца своего и мать свою и в то же время причиняешь им страдания. Подумай, каково бы пришлось твоим родителям, если бы твои проклятия сбылись… Итак, пусть не пребывает в скорби твой отец, видя, как ты поносишь его детей у него на глазах. А после смерти отца говори себе: «Если бы мой отец это видел, он бы расстроился», –и удерживайся от проклятий. Ибо душе покойного известно то, что происходит в нашем мире. Сказано про Эли: «…Дабы мучить душу твою» (1Сам 2:33), а ведь эти слова относятся к тому, что должно было случиться после его смерти.

§1724
Если доброму еврею приходится краснеть всякий раз, когда речь заходит о его отце, не бывшем праведником, не упоминай об отце в присутствии сына, дабы не смущать его и не причинять ему страданий. Если же отец тоже добрый еврей, то о нем говорят хорошие вещи.

§1725
Один человек прибыл в город и увидел, с каким уважением относятся там к юноше, отец которого был достойным человеком. Сказал приезжий нескольким достойным людям в общине: «Пусть даже сына не назовешь достойным, в отличие от его отца. Нельзя молчать, когда возможно осквернение Имени Божьего». Если в общине есть богач – достойный человек, а его отец занимался презренным ремеслом, так что упоминание об этом устыдит сына, не упоминайте о ремесле отца в его присутствии. Но если сын, уже разбогатев, позволял отцу продолжать заниматься тем же презренным ремеслом, недостойный он человек, отчего он не помогал отцу? А если он хотел обеспечить отца всем необходимым, а тот отказывался, продолжая позорить сына своим презренным ремеслом, грех лежит на отце. Даже если один простит другому, грех не будет искуплен. А то, что сказано, что если отец готов пренебречь своей честью, так тому и быть – относится к суду человеческому. Пред небесным судом обидчик остается виновен.

Обратите внимание на явно терминологическое употребление слова «достойный» в §1725. Подразумевается статус члена общины, указывающий на его нравственный и религиозный облик.

§1726
Реувен хотел ударить Шимона, своего брата. Сказал ему их отец, Йааков: «Ударь лучше меня, я прощу тебе, а Шимона не бей, я не прощу тебе, если ты его ударишь». Несмотря на то, что грех человека, даже несильно ударяющего отца, кажется тяжелее, [чем грех того, кто бьет брата,] в этом случае скорбь отца перетянет чашу небесных весов.

В §1726 мы читаем о необычном требовании отца, который хочет, чтобы сын ударил его, а не своего брата. Нет сомнения, что с точки зрения человеческого правосудия, ударить отца – несравненно более тяжкое преступление, чем ударить брата. Но на небесных весах взвешиваются все затаенные, глубинные стремления и чувства человека; оказывается, что отец, на глазах у которого один из его сыновей бьет другого, страдает сильнее, чем тот, кто сам терпит побои от руки сына1.

§1727
Не следует упоминать дурное прозвище человека в присутствии его сына.

Иллюстрация 4

Детей посвящают в изучение Торы. Изображение распространенного еврейского обычая: отец приводит сына в школу и сажает его на колени учителя. Ребенку дают слизнуть мед с дощечки, на которой написаны буквы еврейского алфавита – сладким да будет казаться ему изучение Торы! После этого учитель с детьми отправляются на берег реки, где он толкует им о Торе. Иллюстрация к первому дню праздника Шавуот. Лейпцигский махзор, Южная Германия, около 1320. Коллекция Университетской Библиотеки, Лейпциг.

§1730
У одного богача было много домочадцев, которые разворовывали его имущество. Это стало известно его единственному сыну, который предостерег отца со словами: «Кончится тем, что они разворуют все, что у тебя есть! Почему бы тебе не принять меры?» Но отец, не поверив ему, строго его отчитал. Тогда сын решил: «Начну и я красть у отца, иначе его имущество растащат, так что он станет посмешищем для всех и пойдет по миру». И так он начал воровать у отца с тем, чтобы смочь содержать его, когда он обеднеет. В конце концов у отца не осталось ни гроша – все было украдено. Сын сказал мудрецу: «Я не мог сидеть сложа руки, видя, что все обворовывают моего отца, ведь я понимал, что он пойдет по миру». Ответил ему мудрец: «Признайся отцу и верни ему украденное, он простит тебя». Но сын возразил мудрецу: «Если я признаюсь, он заподозрит, что я украл все, что у него было, проклянет меня и никогда не простит. Когда я верну ему украденное, он потребует все свое имущество и не поверит мне». Ответил мудрец: «Все равно ты должен вернуть [то, что взял сам]». Сказал сын: «Но то, что я верну, непременно будет снова украдено! Ведомо Господу, что не для себя воровал я у своего отца! Я понимал, что его все равно обкрадут, и решил, что лучше уж его деньги попадут ко мне, дабы я сохранил их для него – ведь было ясно, что он обеднеет! А теперь все, что я верну, будет разворовано, как прежде, только отец мой заподозрит меня и не поверит мне». Мудрец согласился с ним: «Если так обстоит дело, то содержи его ты, ибо он не способен сам следить за своим имуществом. Трать на его содержание деньги так, как он сам расходовал бы их на свои нужды. Ты поступил мудро. И хорошо, что у тебя остались средства, дабы не были опозорены его седины».

Этическая проблема, рассматриваемая в §1730, заключается в том, что благое дело совершается против желания того, ради кого оно творится; таким образом, оно сопряжено с очевидным нарушением запрета против кражи и грабежа. Постороннему это вообще должно показаться преступлением. Автор Книги хасидов показывает, что почитание родителей не должно быть поверхностным; место формального акта подчинения отцовской воле здесь занимает подлинная и дальновидная забота о благе отца.

Подведем итоги. Желание с разных сторон рассмотреть конкретные случаи конфликтов, возникающих между людьми, вкупе с пониманием неизбежной противоречивости выводов, к которым это приводит, отличают подход автора Книги хасидов к отношениям людей друг с другом. Такой подход очевиден в частности в текстах, посвященных заповеди о почитании родителей.

1 Ввиду того, что говорилось выше о возможности для отца отказаться от почитания, которое ему полагается (см. §1725), следует предполагать, что суд земной, человеческий, здесь противопоставляется суду небесному наиболее очевидным образом, т.е. в речениях отца, а не в поступках героев рассказа. Прим. науч. ред.