Часть шестая. Еврейская истина

БИБЛЕЙСКИЕ Конкорданции и полемика между евреями и христианами

Рам бен-Шалом

Латинские библейские конкорданции

Конкорданция располагает слова, содержащиеся в Библии, в алфавитном порядке, по отдельным статьям и с указанием стихов, где они встречаются. Иногда этот стих приводится полностью или частично, порой с дополнительными уточнениями. Латинское слово конкорданция (concordantia) означает соответствие. На иврите конкорданция называется сефер а-матъимот – т.е. книга соответствий. Грамматические формы, в которых стоит приводимое слово, могут быть различны, но они объединяются в одной словарной статье. Наряду со словесными (вербальными) конкорданциями, в XIII в. составлялись также конкорданции тематические. В тематической конкорданции статьи сгруппированы по идеям, и предметам, и темам, упомянутым в Библии, пусть даже обозначаемым разными словами.1

Первая словесная конкорданция на латыни была составлена доминиканскими монахами монастыря Сен-Жак (St. Jacques) в Париже ок. 1235 г. Инициатором ее, по всей видимости, был Гуго де Сен-Каро (Hugo de Sancto Caro), возглавлявший одну из двух кафедр теологии в монастыре, но в целом она была коллективным трудом, в котором участвовало множество монахов.2 Редакторы конкорданции приняли новую систему разделения Библии на главы, приписываемую английскому теологу Стефану Лэнгтону (Langton; ок. 1165–1228), и введенную уже в 1202 г., тем самым дав ей официальное благословение. Разделение самих глав на пронумерованные стихи появилось только в XVI в., но редакторы данной конкорданции изобрели другой прием, облегчающий нахождение нужного слова: каждая глава делилась на семь равных частей, обозначаемых семью первыми буквами латинского алфавита, от A до G.

До конца XIII в. в монастыре Сен-Жак были составлены еще две словесных конкорданции. “Английская конкорданция” (названная так в соответствии с происхождением ее авторов – трех доминиканцев-англичан, живших в Сен-Жаке) призвана была устранить главный недостаток первого издания, где стихи вообще не приводились – т.е. слова в статьях были вырваны из контекста. Однако и “Английская конкорданция” оставляла желать лучшего. Стремление снабдить слово контекстом превратило ее в длинное и неудобоваримое сочинение, где читатель не мог быстро отыскать нужное слово. Редакторы третьей конкорданции также предпочитали приводить слова в контексте. Недостатки “Английской конкорданции” они преодолели, ограничив длину цитат. Наряду с разделением длинных глав Библии на A-G, было введено разделение для коротких глав на А-D. Только эта третья конкорданция вышла за пределы самого монастыря и примыкавших к нему парижских ученых кругов. Она получила широкое распространение в католической Европе, способствовав внедрению доминиканской системы ссылок (A-G и A-D). Скоро эта система стала принятой во всех указателях к рукописям, которые составлялись в позднее Средневековье.

Не случайно словесная конкорданция была создана именно доминиканцами в XIII в. Католическая церковь в ту пору боролась с еретическими движениями, стремясь установить во всем христианском мире единую веру. Доминиканцы находились в авангарде этого церковного похода. Они насаждали веру посредством проповедей, способствовав тем самым развитию и обновлению церковного красноречия. Доминиканские монахи испытывали нужду в новых средствах, пригодных в качестве пособия для проповедников. Составление конкорданции было частью процесса, наметившегося уже в XII в., процесса, в ходе которого христианские интеллектуалы разрабатывали пособия, облегчающие работу с текстом и поиск цитат. Конкорданция стала одним из важнейших средств изучения Библии, изобретенных в Средние века. Она помогала найти все библейские стихи, в которых употребляется одно и то же слово. В первую очередь это облегчало работу проповедников. По тогдашней традиции проповедь принято было начинать с библейского стиха, расчленяя его и толкуя путем префигурации.3

С тех пор латинские конкорданции были усовершенствованы усилиями многих авторов и редакторов; в список статей стали включать также служебные слова, вроде предлогов и союзов. В 1555 г. французский издатель Роберт Стефан ввел нумерацию стихов, а все существительные и служебные слова расположил в алфавитном порядке. Латинские конкорданции, издававшиеся до конца XVI в., отражали разные версии Вульгаты. Лишь после того, как папа Клемент VIII в 1592 г. установил ее канонический вариант (Vulgata Clementina), появилась возможность составить к ней единую конкорданцию. Это сделал францисканский монах Лука Франциск Бругенсис (Lucas Franciscus Brugensis) в 1599 г.4

Конкорданции на иврите как пособие для полемики

Между 1437 и 1447 гг. в провансальском городе Арле появилась первая библейская конкорданция на иврите, известная под названием “Меир Натив” (Освещающий путь). Ее составитель Йицхак Натан возглавлял еврейскую общину Прованса. Этот богатый купец и финансист посвятил свое свободное время и немалые средства работе над конкорданцией. Его предисловие к этому сочинению дает нам представление о мотивах, побудивших его взяться за этот труд. Очевидно, что важнейший среди них – полемика с христианами. В этом споре Йицхак Натан был одним из предводителей еврейского лагеря. Он посвятил три сочинения опровержению христианских нападок на иудаизм. Видимо, его занятия были тесно связаны с политическими и духовными обстоятельствами общинной жизни Испании и Прованса после диспута в Тортосе.5 Сам он пишет об этом так:

И вот я, несмотря на малость моих способностей, – поскольку Господь благоприятствовал мне6 во времени моей юности, когда стучался я в двери учителей – решился на это дело. Ибо всякий день обретался я среди христианских мудрецов. И если бежал я от спора о религии и о вопросах нашей веры, то они били и язвили меня бичом языка. Ухищрения их [диалектика] и доказательства почитались совершенно неопровержимыми и жгли сердце мое, как огнь пылающий. И подолгу я был уязвлен спесью некоторых самых незначительных из них [францисканских монахов], их доказательствами пустых образов [префигурация] и фантазиями и обильным пустословием, и все это казалось им основательным, как прочное [металлическое] зеркало без изъяна. И разгневали они меня и распалили мое желание ответить им. И нашел я среди книг одну, которую они на своем языке называют Конкордансес из Библии, где все корни и стихи Святого Писания собраны в одну таблицу, и ничего не пропущено. И было это мне скалой и крепостью, стеной, отражающей всякий камень, брошенный в нее. С такой книгой не нашлось бы довода, который бы не был опровергнут и разрушен, и посему она мне понравилась и полюбилась, и взял я ее и принес в комнату, что в доме учения, и собрался перевести ее всю до конца, ибо тогда я предполагал, что непосильно мне выпустить такую же на нашем языке. Но я разочаровался в ней, так как увидел, что не поможет нам ее перевод, ведь на нашем языке, иврите, нужно изменить имена и глаголы, ибо переводчик Джеронимо [Иероним] поменял их и изменил, как счел нужным и как понял их смысл в различных местах.7 Например, слово законодатель (мехокек) он иногда переводит “писатель”, иногда – “мудрец”, иногда – “пророк”, а иногда – “правитель”, поэтому я предположил, что польза [от этой книги] будет невелика для знающих иврит. Потому оставил я работу по переводу этой книги и решил составить такую же на нашем языке, так как нашел я способ составить ее. А чтобы не сбиться с дороги и легко находить каждый потребный стих на двух языках, расписал я все двадцать четыре [книги Торы] на главы, как это делают христиане, дабы мы не затруднились найти все, что ни понадобится.8

Йицхак Натан повествует о своей юности, когда он еще прилежно сидел за учением. Он рассказывает о попытках христианских мудрецов затеять с ним религиозный спор и о своих сомнениях: следует ли ему с ними спорить или нет. Видимо, обычно он старался, избегать таких препирательств, но не сумел устоять перед интеллектуальным соблазном, которым был для него спор с христианами, и решился принять их вызов. В контакт с ним вступили две группы христианских полемистов: одну из них он называет “христианские мудрецы”. Это схоласты, использовавшие философию и логику, чтобы доказать истинность христианской религии. Наряду с ними он упоминает францисканских монахов (“незначительные из них” – fratres minores), использовавшие в своих проповедях префигурацию (“образы”) и легенды. Уже тогда, в эти молодые годы Йицхак Натан понял пользу христианской конкорданции. Как христианским, так и еврейским полемистам надлежало ссылаться на библейские стихи и цитировать их. Ведь Библия была той общей основой, об истолковании которой спорили обе религии, и каждое теологическое толкование подкреплялось подходящим библейским стихом. Однако если еврейский полемист должен был полагаться на память, его христианский оппонент имел в руках ценное пособие. В латинской конкорданции для него были собраны все стихи Библии, где слова, сгруппированные по корням, были расположены в алфавитном порядке. Йицхак Натан понимал, с какой целью была составлена латинская конкорданция, и потому особо выделял роль проповеди: “ведь намерение составителя – помочь тем, кто будучи непривычен к Святому Божественному Писанию, и мало сведущ в нем, хочет отыскать места, где говорится о жизни людей и их поведении, чтоб рассказать о них в своих проповедях ”.

Слова Йицхака Натана подтверждают вывод Ричарда и Мэри Роуз насчет использования конкорданции христианскими проповедниками.9 Но помимо этого указания (также напрямую связанного с религиозным спором), Йицхак Натан открыто утверждает, что христиане используют конкорданцию и в полемических целях: “И я видел, что от нее большая польза в том, как ее используют христианские мудрецы в своих проповедях, и в своих спорах, и своих сочинениях, и во всяком рассуждении, о котором захотят говорить и писать”.

Исходя из этого, Йицхак Натан решил переписать христианскую конкорданцию и перевести ее на иврит, чтобы ее могли использовать еврейские полемисты. Но он отказался от этого намерения, обнаружив, что христианская конкорданция приспособлена к Вульгате и не соответствует еврейской Библии. Общеизвестно, что в каждом переводе присутствует элемент толкования. Иероним переводил библейские стихи так, как он их понимал и трактовал, и во многих случаях его перевод не вполне отвечает ивритскому подлиннику. Кроме того, перевод не всегда помогает найти исходное слово на иврите. Как пример Натан приводит слово “мехокек” (“законодатель”). Иероним переводит его по-разному, в зависимости от своего понимания контекста – как “писатель”, “мудрец”, “пророк”, “правитель”.10

Воспроизведение христианской конкорданции не только не подходило к еврейской Библии, но и изначально давало бы преимущество христианским полемистам. Дело в том, что Вульгата приспособила многие слова к учению Нового Завета, и множество споров в Средние века велось именно о точном переводе таких проблематичных терминов, как альма (“девственница”, или “молодая женщина”). Усвоение латинской версии заведомо привело бы к христологическому толкованию библейских стихов.

Поэтому Йицхак Натан решил взяться за составление ивритской конкорданции, затратив на нее немало сил, денег, времени и мыслей. Редакция конкорданции проходила под его руководством и надзором, хотя, желая завершить этот труд как можно быстрее, Йицхак Натан пригласил для сотрудничества коллег, которые помогали ему не только переводить и сверять, но и толковать слова, выделять их корневую основу, находить их в тексте. Работа требовала больших затрат. Йицхак Натан посвятил своей конкорданции десять лет, и все эти годы он содержал за свой счет всех своих помощников. Он предоставил в их распоряжение все книги Библии, комментарии к Библии и все труды по грамматике, написанные до XV в. Все это стоило очень дорого. Чтобы понять размах этой работы, следует напомнить, что, как гласит христианское предание, автору первой латинской конкорданции, Гуго де Сен-Каро, помогали пятьсот доминиканских монахов из обители Сен-Жака. Берил Смолли, исследовательница средневековой библеистики, подчеркивает, что составление латинской конкорданции, которое сегодня кажется чем-то само собой разумеющимся, было бы немыслимым без “рабочей силы” – нищенствующих орденов.11

Полемическая установка, вызвавшая к жизни ивритскую конкорданцию, во многом определила объем этого сочинения и его структуру. Йицхак Натан решил не включать в конкорданцию служебные и наиболее употребительные слова, сведение которых воедино потребовало бы много времени и замедлило бы ход работы. По его мнению, служебные слова “не представляют самостоятельного интереса”, и поэтому их можно опустить. О сильнейшем желании быстро закончить работу свидетельствует следующая фраза: “Иные слова я выпустил […], чтобы мне было легче [...], но намерение мое было побыстрее закончить необходимое, а прочее я опустил, чтобы не помешало мне в достижении необходимого”.

Йицхаку Натану приходилось торопиться, ведь на протяжении XV в. нападки нищенствующих монахов на евреев в Провансе и в Испании все более ужесточались. Пламенные речи доминиканского проповедника Висенте Феррера (1350–1419) нанесли тяжелый урон еврейским общинам в Испании, и большие группы евреев совместно переходили в христианство. Монашеские ордена доминиканцев и францисканцев активизировали свою миссионерскую деятельность и в Провансе, где они, подобно Висенте Феррера, вынуждали евреев слушать свои проповеди. Хотя король Прованса Рене и осуждал эти насильственные методы, применяемые орденами, он поощрял переход евреев в христианство посредством денежных и административных средств давления.

Сообразно полемическому направления конкорданции, Ицхак Натан решил перенять христианский порядок книг Библии и деление на главы. Как известно, и порядок книг, и разделение на главы в христианской Библии отличается от принятого у евреев12. Разделение на главы, утвердившееся в печатных изданиях Торы, заимствовано у христиан. У них книга Руфи следует за книгой Судей, книги Хроник (Паралипоменон) – за книгами Царей, книга Даниила включена в число Пророков после книги Иезекииля. Ясно, что Йицхак Натан не раз подумал, прежде чем избрать христианскую систему, несмотря на то недоумение, которое это могло вызвать среди евреев. Он понимал, что если нумерация стихов на иврите не будет соответствовать Вульгате, то еврейским полемистам будет трудно ответить на аргументы христиан, поскольку поиск соответствующих мест в еврейской Библии потребует немало времени. Поэтому он расположил цитаты для каждого слова в порядке книг и глав, принятом в Вульгате, а нумерацию стихов давал согласно принятому у евреев делению традиционного текста (масора). Предпочтение, отданное христианскому членению текста, объяснялось так же и разногласиями на ту же тему среди еврейских комментаторов. Поэтому Йицхак Натан выбрал систему, ставшую единой и общепринятой у всех христиан:

В самом деле, подумал я, мне предстоит выполнить эту работу. Иные слова я, скрепя сердце, выпустил, чтобы мне было легче, но намерение мое было побыстрее закончить необходимое, а прочее я опустил, дабы не помешало мне в достижении необходимого, при том, что, как я видел, в конкордансе на языке латинском не выпущено ни единого слова, и поместили там имена собственные: ведь намерение составителя – помочь тем, кто, будучи непривычен к Святому Божественному Писанию и мало сведущ в нем, хочет отыскать места, где говорится о жизни людей и их поведении, чтоб рассказать о них в своих проповедях [...]. А так как я заметил, что переводчик Святых книг на латынь разделил их на несколько подразделов (глав), чего нет в наших книгах, то я все стихи записывал по номерам глав, а номера стихов записывал по-нашему, чтобы их можно было быстро найти [...] То, что я нашел написанным в христианской копии [переводе], разделено на главы без изменений в их номерах и порядке, и то же самое разделение во всех книгах, и все согласны с ним, без исключения. Поэтому я решил взять это за основу для этого пособия, а наши подразделы пусть зависят от переменчивых мнений об открытых и закрытых подразделах13 в разных книгах, а главное для того, чтобы облегчить поиски стихов по их местам [указаниям стихов у христиан], коль захотят христиане поставить перед нами трудность, на основе понимания того или иного стиха. И этими номерами обозначил я все книги, чтобы я легко мог отыскать место, которое мне понадобится [...]

Йицхак Натан не был первым еврейским автором, который сослался на христианскую систему деления Библии. Были у него предшественники, сознававшие, что в целях межрелигиозной полемики следует знать эту систему, и поэтому проставляли на полях списков Торы номера глав христианской Библии. Так, Шломо бен Исмаэль, рассказывает о затруднениях еврейского полемиста, не знающего христианского разделения: в таком случае спор неимоверно затягивается из-за отсутствия общей текстуальной базы:

Это главы, зовущиеся у гоев ‘капитулы’, по двадцати четырем книгам (Библии) и название каждой книги на их языке, я скопировал из их книг, чтобы человек мог сразу ответить им на их вопросы, которые они задают нам всякий день по поводу нашей веры и нашей святой Торы, и приводят доказательства из стихов Торы, или из пророков, либо других книг, говоря нам: “Смотри!” И читают такой-то стих из такой-то книги, из такого-то ее ‘капитула’, а мы и не знаем, что это за ‘капитул’. [А требуется] ответить им сразу, и для того я их здесь скопировал.14

Несмотря на сходство мотивов Шломо бен Исмаэля и Йицхака Натана, следует отметить большую смелость последнего. Шломо бен Исмаэль только обозначал христианское деление на полях переписываемой рукописи и тем дал понять, какая система является предпочтительной. Йицхак Натан, напротив, воспринял христианскую систему целиком. Это предпочтение сказалось не только в формальной структуре сочинения. Ведь конкорданция была также и книгой толкований. Группируя стихи по корневым гнездам, она давала объяснение каждому слову. Йицхак Натан должен был выбрать подходящее объяснение из противоречивых толкований тех или иных еврейских комментаторов; должен был и как-то отозваться о переводе и комментарии Иеронима, раз уж обращался к самой общей текстуальной базе для обеих религий. В этом отношении его поведение также отличалось отвагой. В случае расхождения между еврейским комментарием и толкованием Вульгаты, он не сразу принимал еврейское толкование, а иногда даже предпочитал христианскую трактовку: “Порой я ставил один из стихов или одно из его существительных, или глагол в двух отдельных скобках; иногда, чтобы отметить разногласие между толкователями, а иногда, чтобы согласиться с мнением переводчика на язык латинский (Иеронима)”.

Конкорданция и изучение Библии

Поиски собственной методики в изучении и толковании Библии, отличавшие Йицхака Натана, были общей приметой его времени. В предисловии к своей конкорданции он порицает старую педагогическую систему. По его словам, в возрасте 15 лет он знакомился с Писанием только по библейским стихам, приводимым в Талмуде и у РаМБаМа:

[…] мало что я знал в юности своей из Святого Писания. Когда мне было 15 лет […] знал я из него лишь стихи, которые приводятся в Талмуде, в тех его частях, что я учил, и те, что приводит рабби Моше бен Маймон, благословенной памяти, в “Путеводителе растерянных”, и в других своих книгах.

Оказывается, во времена Йицхака Натана дети и подростки в Провансе изучали только Талмуд, и лишь при его посредстве впервые встречались с Библией (вместе с тем, Пятикнижие и Пророков они знали из еженедельных чтений в синагоге). Как представитель образованной семьи, близкой к кружку рационалистов, Йицхак Натан был знаком также с трудами РаМБаМа, но большинство детей, вероятно, их не изучало, занимаясь исключительно Талмудом. Видимо, поэтому Йицхак Натан не выступает против философии. Он не утверждает, подобно противникам философии и “чужой мудрости”, что излишнее углубление в схоластику опасно для молодых людей и может привести к ереси.15 Он возражает против поверхностного изучения Библии, требуя совместить его с занятиями Талмудом и философией. В этом контексте конкорданция выглядит, как попытка продвинуть изучение Библии. Но замыслы Йицхака Натана не ограничивались составлением одной этой конкорданции, дошедшей до нас. Он намеревался дополнить ее указателем библейских цитат, упоминаемых в Талмуде и мидрашах, а также и в еврейских философских трудах.

Заметим, что не только Йицхак Натан обличал систему еврейского образования в Провансе. Профиат Дуран из города Перпиньяна (умер в начале XV в.), также резко подвергал критике то пренебрежение, с которым тогда относились к изучению Торы. В своей книге “Маасе Эфод”, написанной в начале XV в. и посвященной грамматике, он критикует три главных духовных течения того времени: Талмуд, философию и каббалу. Дуран видит альтернативу им в переориентации системы образования на первоисточники, с опорой на филологию и основанную на грамматическом анализе экзегезы:

И укажу я то, что лучше всего названного [речь идет о трех духовных течениях]: пусть мудростью Торы станет сама Тора, и пусть ею занимаются все время, и хранят ее в сердце своем, и перечитывают, и вспоминают ее постоянно, дабы не отклонялась от нее мысль к другим делам, пока ею занимаются. И все это для того, чтобы человек шел прямым путем к непреходящему высшему совершенству [...]16

По мнению Профиата Дурана, нынешние беды еврейского народа вызваны тем,что он перестал изучать Тору и чрезмерно углубился в другие духовные учения. Гонения на еврейскую религию во Франции и Германии и изгнание евреев из этих стран явились следствием этого греха:

А после этого во Франции и Германии по лени своей отошли [евреи] от изучения Торы и стали уделять ей лишь час в неделю на чтение недельного раздела: дважды Тору и один раз - перевод.17 И возможно, то, что произошло, и произошло оттого, что отошло от них Провидение, и Бог скрыл свое лицо, и [в результате] произошли известные изгнания, и притеснения, и истребления. А теперь, в наши дни, эта болезнь распространилась на Испанию, по причине, уже упомянутой [...] и не потому ли уцелели общины Арагона, которые составляют большую часть спасшихся испанских изгнанников, что усердно молились? Ибо надо подниматься в ночную стражу и возносить молитвы Господу, а основа их [слов молитвы] – в словах Писания и в песнопениях книги Псалмов [...] Я и впрямь думаю, что только в этом причина их удачи, и уже мудрецы согласились с тем, что таково особое свойство этой святой книги.18

Итак, Профиат Дуран обуславливает гонения 1391 г., губительные для кастильского еврейства, тем же грехом, который прежде приписывал общинам Франции и Германии. Спасение же арагонских общин он связывает с их обычаем читать Псалмы.

Оба провансальца – и Профиат Дуран, и Йицхак Натан были активными и образованными писателями-рационалистами, воспитанными на еврейской и греческой философии. Оба играли центральную роль в своих общинах, и оба были известными полемистами. Именно занятия полемикой могли стимулировать их интерес к Библии и грамматике иврита. Ведь споры между евреями и христианами вращались вокруг Писания и его толкования. Грамматически точное прочтение текста могло прояснить разногласия между религиями. С той же целью и Профиат Дуран и Йицхак Натан знакомились с христианской трактовкой Библии, главным образом с переводом Иеронима. Допущенные Иеронимом искажения и навели Йицхака Натана на мысль составить конкорданцию на иврите вместо того, чтобы копировать латинскую. Со своей стороны, Профиат Дуран в книге “Климат а-гойим” (“Посрамление народов”) посвятил критике перевода Иеронима целую главу. В начале этой главы он так изложил свою позицию:

Когда я прочел перевод Геронима [Иеронима], искажающий Священное Писание, и рассмотрел подвохи в его искажениях и утверждениях, то увидел я, что их, как песку [в пустыне], среди них и простые речения, и сложные, и смысловая связь между ними и грамматика слов, и всего этого – неисчислимое множество. И видно, часть из них он допустил намеренно, но главным образом из-за слабого знания святого языка. И я думаю, что помогали ему в переводе евреи-невежды, и он ошибался вместе с ними. И оттого весь перевод испорчен, ибо мало таких стихов, где он не допустил бы какого-либо из помянутых искажений. А ведь заблуждающиеся [христиане] всегда говорят в спорах, что цитировать надо не Святое Писание, а только этот искаженный перевод – мол, сыны Израиля убавили, прибавили и перемешали все книги, ибо они – народ жестоковыйный, и не хотели слушать [христиан], и скрыли истину от людских глаз. Потому-то я счел нужным ответить и на это [...]19

Тенденцию, представленную Профиатом Дураном и Йицхаком Натаном, следует соотнести со сходными сдвигами в христианской среде. Уже в XIV в. появились такие реформаторы, как Джон Виклиф в Англии и Ян Гус в Чехии, призывавшие к углубленному изучению Библии и к возвращению к первоисточникам – отцам церкви. Эта установка соединялась у них с социальной критикой церковных порядков. Обличая папство и священнослужителей, они одновременно разрабатывали новые направления в богословии. Еще ранее, с антиклерикальных позиций выступали мыслители, группировавшиеся вокруг Людвига Баварского. Этот император был врагом папы Иоанна XXII, и потому собрал при своем дворе кружки, оппозиционно настроенные по отношению к папству. В их числе были Марсилий Падуанский, автор книги “Защитник мира” (De­fensor pacis), и философ Жан из Жандуна (Jean de Jandun), философ Уильям Оккам и видные францисканцы Убертино из Казале и Микеле из Чезены. Виклиф и Гус опирались на идеи, разработанные этим кружком, прежде всего на книгу Марсилия Падуанского.20 Еврейские полемисты были знакомы с внутри- христианской антиклерикальной критикой и даже применяли ее для посрамления своих христианских оппонентов. К этим богословским доводам внутри христианской оппозиции прибег Профиат Дуран в своих сочинениях: “Игерет аль теи ка-авотеха” (“Послание на тему: не будь таким, как отцы твои”) и “Климат а-гойим”, и его современник, ученый из Испании Шимон бен Цемах Дуран (1361–1444) в книге “Кешет у-маген” (“Лук и щит”). Вероятно, этими новыми веяниями объяснялась и библиоцентрическая установка Профиата Дурана и Йицхака Натана. Ведь, по словам Натана, и к христианской конкорданции его привели дебаты с христианскими мудрецами и знакомство с их книгами. По его мнению, не только полемические и проповеднические задачи вызвали к жизни христианскую конкорданцию, но и недостаточное знание Библии: “по непривычности их к Святому Божественному Писанию и слабому его знанию”. По мнению Натана, между обеими общинами в интеллектуальной сфере есть сходство. Хотя обе они несведущи в Библии”, христиане все же упредили евреев, догадавшись создать инструмент для ее изучения. Профиат Дуран, пытаясь убедить своих читателей в своей правоте, иллюстрирует ее подходящим примером (exemplum), взятом у христиан:

Некий великий мудрец и праведник среди римлян рассказывал, что когда он начал читать и изучать книги философов, приснился ему какой-то человек, который жестоко его избивал. Спросил он его, за что он его так бьет – ведь он не совершил никакого зла и нет обмана в его устах. И тот ответил, что бьет его по воле Создателя, за то, что пренебрег он Священным Писанием и обратился к изучению книг философов. И заповедал ему хранить себя и оберегать свою душу, дабы не обращалась его мысль к иному учению, а только лишь к Священному Писанию, ибо это воля Бога, и таково Его слово. И это тот, кто завел у римлян постоянное чтение книги Псалмов в их молитвах и молениях, и положил эту книгу в основу всего.21

Этого мудреца, упредившего у христиан обычай читать Псалтирь, Дуран ставит евреям в пример. Мы уже говорили о том значении, которое он придавал чтению псалмов, – обычаю, спасшему, как он думал, в 1391 г. арагонские общины. Притча его о сновидении – это краткий пересказ “сна Иеронима”, из двадцать второго послания Иеронима к Евстохии.22 Сон Иеронима говорит о борьбе, происходившей в его душе между классической культурой, которая казалась ему возвышенной и достославной, и христианской, т.е., библейской культурой, которая казалась ему низменной. Поэтому его переполняет чувство вины: ведь классическая культура – это язычество. Преодолев мучительные колебания, Иероним клянется расстаться с классическими книгами и посвятить себя Священному Писанию. Легко понять, почему Профиат Дуран использовал эту историю. Он убеждает своих читателей взамен традиционных занятий (философия, Талмуд, каббала) сосредоточиться на Библии. Эфраим Талмаж по этому поводу утверждает, что нельзя одинаково судить о реформаторе вроде Виклифа и о Профиате Дуране: Дуран обращался к образованной аудитории, тогда как Виклиф стремился убедить простонародье.23 Однако следует помнить, что и Дуран в конечном счете тоже адресовался к широкой публике, по существу рекомендуя читать псалмы всем евреям. И хотя конкорданция Йицхака Натана тоже предназначалась прежде всего для интеллектуальной элиты, целью его было со временем изменить приоритеты в системе образования. Словом, оба, воздействуя на интеллектуальную элиту, стремились заинтересовать широкую публику.

Конкорданция и издание “Микраот гдолот”

Успех еврейской конкорданции проложить путь к работе над “Микраот гдолот” (Большая Библия, т.е. библейский текст в сопровождении арамейских переводов и важнейших средневековых комментариев). Этот монументальный труд был издан в Италии XVI в. в типографии Бомберга.24 под редакцией Яакова бен Хаима ибн Адонияу. Задача состояла в том, чтобы предоставить читателю канонический текст еврейской Библии. Вплоть до наших дней “Микраот гдолот” считается общепринятым текстом. Издание Яакова бен Хаима стало поворотным пунктом в исследовании традиционной Библии. Влияние конкорданции “Меир Натив” на “Микраот гдолот” отмечено самим издателем, который в предисловии пишет:

Просмотрев и изучив традиционные книги [масора], я увидел, что они крайне перепутаны и искажены [...] Сколько трудов положил я на это, знает Господь и все, кто видел меня за этим занятием. Я не мог бы исправить стихи, если б не знал наизусть все 24 [книги Библии], и если б ускользнула от меня одна книга, под названием ‘Конкорданция’. Составил ее некий мудрец, живший около 40 лет назад, по имени Йицхак Натан, да будет благословенна память праведника, и она [конкорданция] уже напечатана здесь, в Венеции, в нашей типографии, [и без нее] я не смог бы исправить текст. А это драгоценное пособие, объемлющее все книги Священного Писания и объясняющее всякое Святое слово, соединяя каждое имя или глагол с подобным ему, а в начале [статьи о] каждом имени и глаголе объясняет это слово так и эдак [...]. И величие и польза этой книги весьма велики, нет ей равной и нет замены, и нельзя без нее изучающему традицию, сразу найти нужный стих [...]. Поэтому мне пришлось использовать то разделение на главы, которое приводит рабби Йицхак Натан в своей книге “Конкорданция”, и я писал: “Написано у пророка такого-то под обозначением таким-то”, чтобы читатель сразу нашел этот стих [...]. Поскольку мы взяли разделение и обозначения у автора конкорданции, я решил [привести] вслед за этим моим предисловием все это разделение и все обозначения, так что если при печати какой-либо знак будет по ошибке пропущен, то [читатель] сразу сможет исправить по [списку принятых обозначений], напечатанных после этого моего предисловия [...].25

Слова Яакова бен Хаима демонстрирует значение конкорданции “Меир Натив” для изучения Библии и библейских исследований в XVI в. и ту центральную роль, которую она играла в кристаллизации канонического библейского текста. Разделение книг Библии на главы по христианскому способу принято у нас и по сей день. Оно соответствует первым печатным изданиям Библии, в первую очередь изданию Бомберга “Микраот гдолот”. Когда Яаков бен Хаим ибн Адонияу обрабатывал традиционный текст (масора), в его распоряжении уже находилась конкорданция “Меир Натив”. Чтобы ее использовать, он должен был принять ее структуру. Примечательно, однако, что позаимствовав ее разделение на главы, Яаков бен Хаим отверг христианскую последовательность книг, отраженную в ней, и выстроил свою Библию по образцу издания Феликса Пратенсиса, вышедшего у того же Бомберга в 1517 г.26 Следует отметить, насколько подробно Яаков бен Хаим описывает конкорданцию и ее достоинства, разъясняя систему, принятую Йицхаком Натаном, и как ею пользоваться.

Итак, Йицхаку Натану удалось создать пособие, послужившее многим поколениям как еврейских, так и христианских ученых. В XVI в. конкорданция “Меир Натив” издавалась четыре раза, а с тех пор неоднократно перерабатывалась. Особого упоминания заслуживает здесь версия гебраиста Иоганна Буксторфа27, составленная в 1632 г. и ставшая классической конкорданцией к еврейской Библии вплоть до XIX в. Напомним, что конкорданция является не только справочником, но и комментарием. Йицхак Натан снабдил корневые гнезда объяснениями, основанными на еврейских и христианских толкованиях Библии. В свою очередь, Иоганн Буксторф, изменив порядок статей, сохранил общую структуру книги “Меир натив”. Он сохранил объяснения Йицхака Натана в первоначальной форме, дополнив их латинским переводом. Конкорданция Буксторфа выдержала множество изданий. Ее переводы и переработки послужили распространению еврейского комментария Йицхака Натана в среде читающих по-латыни и на других языках. Словом, ивритская конкорданция вызвала широкий отклик как в еврейском, так и в христианском мире.

1 См.: Киршнер Б. Б. “Конкорданции к Священному Писанию” (ивр.), Энциклопедия Микраит, 7, 1976, с. 94–103.

2 Там же, с. 100.

3 См.: Rouse, Richard H. and Mary A. Rouse, “The Verbal Concordance to the Scriptures”, Archivum Fratrum Praedicatorum 44 (1974), pp. 5-30; Rouse, Ri­ch­ard H. and Mary A. Rouse, “Statim Invenire. Schools, Preachers, and New Attitudes to the Page”, Renaissance and Re­newal in the Twelfth Cen­tury, ed. Robert L. Benson and Giles Con­stable, pp. 221-225.

4 Киршнер Биньямин Бруно. Конкорданции к Священному Писанию (ивр.), с. 100–101.

5 См.: Бен-Шалом Р. “Диспут в Тортосе: Висенте Феррер и проблема насильственно крещенных по свидетельству Йицхака Натана” (ивр.), Цийон 56 (1991), с. 21–45; Бен-Шалом Р. “К вопросу о создании первой еврейской конкорданции “Меир Натив” (ивр.), Кирьят сефер 64 (1992/93), с. 754-760.

6 Букв.: “предоставил мне случай” (см. Быт 27:20). – Прим. ред.

7 Т.е., исходя из контекста. – Прим. ред.

8 Йицхак Натан. Меир Натив а-никра Конкордансес (ивр.), Бомберг, Венеция, 1524. Эта и другие цитаты здесь взяты из предисловия к “Меир Натив”. Страницы не пронумерованы.

9 Rouse, R. H. and M. A. Rouse, “The Verbal Concordance to the Scriptures”, pp. 23-25.

10 См. об этом в частях 5 и 6.

11 Smalley, B., The Study of the Bible in the Middle Ages, p. XIII.

12 См. часть 1, приложение 1.

13 В свитке Торы есть два типа деления текста на смысловые отрывки. В одном случае следующий отрывок начинается с новой строки, и тогда предыдущий называется закрытым (параша стума). В другом – продолжается после пробела в той же строке, и тогда предыдущий отрывок называется открытым (параша птуха). – Прим. ред.

14 Шломо бен Исмаэль. Рукопись библиотеки Кембриджа, 13. В кн.: Chris­tian D. Ginsburg, In­tro­duction to the assoretico - Critical Edition of the He­brew Bible, h. 25, n. 1.

15 См. часть 7, гл. 2.

16 Йицхак бен Моше Профиат Дуран а-Леви. Маасе Эфод (ивр.), с. 10.

17 Согласно восходящему к Талмуду постановлению, каждый еврей обязан прочитать дважды текст недельной главы Торы и один раз арамейский перевод Онкелоса (см. Брахот 8а). – Прим. ред.

18 Там же, с. 14.

19 Профиат Дуран. “Климат а-гойим”, гл. 12, в: Эфраим Талмаж. Полемические сочинения Профиата Дурана (ивр.) с. 64.

20 См.: Дорман М. Марсилий Падуанский или о господстве народа (ивр), с. 29–40.

21 Йицхак бен Моше Профиат Дуран а-Леви. Маасе Эфод (ивр.), с. 14. Экземпла (exemplum) – это краткая, обычно фольклорная или вымышленная, но иногда подлинная история, рассказанная в целях религиозного или морального поучения.

22 Hieronimus, Epistula 22 ad Eustochium, CSEL 54, ed. Isidorus Hilberg, pp. 189- 191; и см.: Gutwirth, Eliezer, “Re­li­gion and Social Criticism in Late Medieval Rousillon: An Aspect of Profyat Duran’s Ac­tivities”, Michael 12 (1991), pp. 146-147.

23 Эфраим Талмаж.Полемические сочинения Профиата Дурана, (ивр.), с. 10, прим. 5

24 См. выше.

25 “Микраот гдолот, Тора, Невиим у-Хтувим” (ивр.), репринт издания: Венеция, 1524–1526, изд.: р. Яаков бен Хаим ибн Адонияу, с. 6.

26 См.: Ginsburg, Introduction to the Massoretico – Critical Edition of the Hebrew Bible, pp. 4-8.

27 См. выше.